Отождествление
На уроке учитель объясняет и поправляет — этого от него ждут ученики. За ужином близкий человек рассказывает о трудном дне.
На уроке учитель объясняет и поправляет — этого от него ждут ученики. За ужином близкий человек рассказывает о трудном дне. Он хочет выговориться, но учитель по привычке объясняет ему, кто прав и как следовало поступить. Собеседнику кажется, что его отчитывают. Роль, которая помогает в классе, здесь мешает услышать другого.
Когда мы перенимаем чужой опыт
Отождествляться — значит воспринимать черты, взгляды или переживания другого человека как свои. Отождествляться можно и с ролью, и с группой. Болельщик говорит «мы победили», хотя провёл весь матч на трибуне. В этом «мы» слышно, насколько ему важна команда.
Наше представление о себе складывается из личного опыта, семейных установок и того, что мы слышим от окружающих. «Я отец», «я врач», «я плохо лажу с людьми» — за этими фразами стоят отношения, профессия и оценка собственных способностей. Трудности возникают, когда одна роль или одна оценка начинает определять наше поведение в самых разных обстоятельствах.
Способность отождествляться помогает учиться. Ребёнок видит, как отец мирится после ссоры или как мать просит о помощи, и пробует действовать так же. Воображая себя на месте другого, мы можем приблизиться к пониманию его чувств. Свою догадку стоит сверять с тем, что говорит сам человек.
Откуда берётся обида
Разбилась любимая ваза. Мама ждёт, что сын признается, а он кивает на кошку. Ей обидно: она рассчитывала на честный ответ. «Я бы сказала правду. Чего тут бояться?» Но ребёнок может бояться наказания или того, что разочарует маму. Пока она судит о нём по себе, ей трудно понять, что помешало ему признаться.
Бывает и обида за другого. Мужу не дали обещанную должность, и жена весь вечер мысленно спорит с его начальником. Между тем муж уже решил искать другую работу. Её возмущение понятно. Прежде чем вмешиваться, она может спросить, как он сам воспринимает случившееся и какой поддержки ждёт.
Вина и стыд за другого
Ребёнок плачет в самолёте. Мать ловит взгляды пассажиров, извиняется и всё сильнее тревожится. Если она воспринимает плач как собственный проступок, ей труднее заметить, что нужно ребёнку. Внимание можно вернуть к тому, на что она способна повлиять: проверить, удобно ли ему, и попытаться его успокоить.
Родительское «мы» бывает разным. «Мы идём в школу» может означать, что взрослый ведёт ребёнка на уроки. В словах «мы поступили в университет» иногда слышно, как тесно родитель связывает себя с успехом уже взрослого сына или дочери. Особенно заметно это становится, когда чужой промах переживается как собственное поражение.
Стыд за чужой поступок часто называют испанским стыдом. Например, человек краснеет, когда его близкий грубит официанту. Он может выразить своё отношение к грубости или поддержать того, кого задели. Ответственность за слова остаётся у того, кто их произнёс.
То же различие помогает, когда мы боимся за близких. Если человеку угрожает опасность, тревога может побудить нас помочь. Если тревогу поддерживают воображаемые сценарии, полезно выяснить, что происходит сейчас и можем ли мы на это повлиять.
Как заметить отождествление
В практике саногенного мышления разбирают, как возникает переживание и какие ожидания его поддерживают. Начать можно с простых вопросов. С кем это произошло? Кто совершил поступок? Что я знаю о чувствах другого человека, а о чём только догадываюсь?
Мама из примера с вазой может заметить, что ждёт от сына собственной реакции, и спросить, чего он испугался. Учитель может уточнить, хочется ли близкому совета или достаточно, чтобы его выслушали. Так легче понять, какая помощь уместна и за что каждый отвечает.
С какой эмоцией работает: Стыд за другого человека (также: обида и вина за другого)